Теперь он искал воду, хотя и продолжал идти берегом моря, как прежде.

Снова начались скалы. Таким уж был этот берег. Скалы, скалы, изрытые прибоем, и между ними небольшие пляжи, заваленные гранитной галькой.

Жажда мучила все сильнее, воды не было, и он снова услыхал, как прокричал петух.

«Петух, – подумал человек, – откуда петух? Вот напьюсь и буду искать…»

Он понимал, что бредит наяву, понимал и где-то внутри надеялся, что крик петуха он действительно слышал.

На границе скал и пятого пляжа человек нашел воду, Узкий ручей пересекал тропинку, тихо звенел, скатываясь вниз, и уходил незаметно сквозь гальку в море.

От холодной воды заломило зубы, жажда исчезла, и пришел голод, слабый еще, его и задавить нетрудно, но человек понял, что хочет есть.

Затем чувство голода исчезло. Он снова вспомнил о том, что искал на галечных пляжах, лицо его исказилось, человек поднял руки и потряс кулаками в сторону моря.

Закричали чайки, будто в ответ на страшные проклятья. И человек, обессиленный, опустился на плоский мшистый камень у ручья.

Так просидел он не менее часа, охватив голову руками, и не расслышал шуршащих в траве шагов за спиной.

– Капитан!

Человек вздрогнул. Он хотел вскочить и обернуться, но не поверил, что его позвали на самом деле, боялся поверить и втянул голову в плечи, будто ожидая удара со спины.

– Капитан! – сказали рядом, и тогда он поднялся.

В двух шагах от камня стоял человек со спутанными волосами, упавшими на лоб, кровоподтеком на левой скуле, в полосатой тельняшке, разорванных на коленях брюках и грубых ботинках. Он протянул руки вперед, сжимая и разжимая пальцы.

– Денисов, – тихо сказал капитан, – ты один?

Не ожидая ответа, капитан бросился к Денисову и принялся ощупывать его, будто не веря, что тот из плоти и крови.

Потом отстранился и спросил, заглядывая в глаза:

– Видел кого?