Ему показалось, будто он видит неясное пятно на серой гальке, там, откуда только что прибрел…

«Нет, – подумал он, – ничего там нету…»

Но продолжал разглядывать продолговатое пятно на границе пляжа и моря, пятно шевельнулось, и, не чувствуя острых голышей под ногами, человек рванулся назад.

Через сотню долгих метров стало видно, что это всего лишь измочаленное волнами бревно. Человек прошел еще с полсотни шагов и остановился.

«Ошибка вышла, – вяло шевельнулась мысль, – хорошо…»

Возвращался он медленно, старался ставить ноги на крупные камни или в песок между ними и размышлял о том, почему он рад, что ошибся. И решил: догадался еще там, на тропинке, что пятно неживое…

Тропинка, крутая, нехоженая, полузаросшая жесткой травой, подняла его над пляжем на уровень пояса охраняющих землю скал. Дальность горизонта увеличилась, человек снова рассматривал спокойное море. Он вздохнул, ничего не увидев, и оживился, обнаружив за открывшимся мысом маяк на прибрежной скале. Но оживление покинуло его, когда он понял, что маяк этот из категории «unwatched» – необслуживаемый. Значит, без людей.

«Солнце, – подумал человек, – солнце мешает. По характеристике огня прикинул бы, где нахожусь…»

Он увидел, что тропинка разделилась. Стало две тропинки – одна резко поворачивала влево, в сторону невысоких зеленых холмов.

Человек помедлил на перепутье и повернул направо. Он обогнут скалы и вышел к новому пляжу. Спускаться вниз не пришлось: дорога проходила по кромке обрыва, нависавшего над таким же пляжем, на каком он очнулся.

Поверху человек обошел пляж и ничего не обнаружил на нем.

Солнце прорвалось наконец сквозь белесую пелену и несколько оживило безрадостное море. Человек совершенно явственно различил петушиный крик, мотнул головой, остановился, подошел к краю обрыва, еще раз заглянул вниз, внизу ничего не было, и он понял, что хочет пить.